Фотоальбом

Сайт Дизель Кот
назван в честь моего
кота Дизеля, который прожил
короткую, но очень яркую
жизнь и подарил людям много
хорошего настроения
и улыбок

Криворукость не излечима

Утро воскресенья началось не так как планировалось. Проще говоря – хреново оно начиналось.

— Ты когда шкафчик поправишь? – ворвался в сонное сознание каверзный вопрос супруги.
— Шкафчик…?– Я медленно входил в реальность после сна эротической направленности.
— Ну да. Который ты обещал перевесить еще накануне войны 1812 года.

Блин, точно. Обещал. Этот вшивый шкафчик на кухне, презрев все устои морали, вытащил из стены шуруп на котором висел и одним боком грохнулся на микроволновку. Я, проявив инженерную смекалку, под этот угол подложил три книжки с рецептами, которые гармонично вписались в кухонный интерьер, чем и придал шкафчику первоначальное положение. Подставка из литературы была крепка и, как казалось, сделана на века. Но супруга сразу возненавидела мою прорывную идею и периодически, в пылу перечисления моих грехов, виртуозно вплетала этот злосчастный шкафчик в свой импульсивный монолог.

Воскресение грозило накрыться этим самым шкафчиком, а причин для переноса ремонта в сонный мозг не приходило.

— Ладно. Сделаю.
Супруга ушла по важным делам, плавать в бассейн, а я сумрачно уставился на злобную конструкцию из дерева.

— Ну, что, сволочь поганая? Добился своего?

Шкаф многозначительно молчал глядя на меня перекошенным боком.

На кухню пришли коты, но увидав, что я разговариваю со шкафом, мгновенно ретировались и затаились по углам думать про меня нехорошее. В квартире стало тихо и тревожно.

Эх, хошь-не хошь, а начинать надо. С этой мыслью я открыл дверцу, которая по задумке дизайнера открывалась наверх. Внутри стояли рюмки, бокалы и прочая хрустальная дребедень образца восьмидесятого года. Их было много и все они смотрели на меня как то издевательски.

— Ну привет, уроды! – Поздоровался я с хрусталем и тихонько щелкнул ногтем край ближайшего бокала. Бокал мелодично зазвенел навевая мысль об опрометчивости моего поступка. Вибрация хрусталя стала той соломинкой, которая и переломила хребет какому то антикварному верблюду, а мне – психику на ближайшие несколько минут. Я и не подозревал, что хрупкий с виду хрусталь способен на такое.

Шкаф, который держался за стену из последних своих шкафьих сил, не выдержал вибрации бокала и с криком, «А ипись оно все в циркулярку!», как ступень космического корабля отделился от стены и ринулся вниз. Внутри тревожно звенели-переговаривались пассажиры-рюмки и спрашивали друг друга традиционное – «Когда долетим?».

— Скоро.. – Я успел ухмыльнуться, до того, как этот деревянный склеп рухнул в раковину, над которой и висел. Последнее, что я услыхал, был стон чудом уцелевшего бокала – «Нихрена себе, посадочка!»

В сердцах обозвал «уродом рукожопым» того, кто вешал шкафчик, но вспомнив, что вешал его я сам, быстренько отозвал ругательство.
Картина открылась впечатляющая. Сам шкаф висел на специальной металлической рейке, которая отошла от стены, а за рейкой виднелся ряд дыр, напоминающих хаотичный след от очереди из пулемета.

…Не спешите обзывать мои руки придатками задницы. Просто мой дом, стоящий на Крайнем Севере, был построен давно и с соблюдением всех технологий. Не знаю, из чего делали тогда бетон и что в него добавляли, но он сопротивляется, как старая дева деревенскому ветеринару и не всякий перфоратор в состоянии лишить его девственности.

Но это дело прошлое. А сейчас мне надо было заново закрепить рейку и повесить шкафчик. Перфоратор был, анкера были. Не было вдохновения.
…Из-за угла смотрели две глумливые, кошачьи хари и нехорошо ухмылялись…

Разруха, царившая на кухне, особо не способствовала ожиданию этого самого вдохновения и я, горестно крякнув взял в руки заждавшуюся дрель.
На удивление, засверлить получилось быстро, как и закрепить планку. А затем начались некоторые трудности. Шкаф, сука деревянная, никак не хотел цепляться за планку. Я уже вспомнил всех его родственников вплоть до семян, высранных пролетающей птичкой из которых выросло дерево для этого ящика, когда понял, что прикрутил планку вверх ногами. Воспоминания о родственниках шкафа резко изменили направление и теперь были направленны на родню этой металлической планки. Традиционно ответственно я углубленно прошелся про ее предкам, коснувшись даже, казалось бы ни в чем неповинного сталевара, который лил метал, для этой фигни.

Планку, прочно заанкеренную в бетон я, конечно, перекрутил, заодно, с профессиональностью ясновидца, пробежав по генеалогическому древу бетона коснувшись времен далекого генезиса, когда образовывался песок, использованный в бетонном растворе.

Теперь все было, как говорят французы – «Комильфо». Осталось самое простое. Элегантно поднять ящик и, в ограниченном пространстве, повесить его на планку.

Когда дело идет к завершению, я резко становлюсь активным и стремительным, поэтому у шкафчика не было ни малейшей возможности повиснуть криво.
Отойдя на пару метров, я вовсю любовался профессионально повешенным шкафом, когда тот решил продолжить веселье и без всяких предварительных ласк, стремительно отошел от стены и со стоном уставшего слона прилег на старое место, в раковину.

Мне показалось, что вместе со шкафом у меня упала матка. Я же специально дергал эту сраную планку, как сумасшедшая горилла ветку! И все было крепко и надежно. Хотя… Приглядевшись я понял, что планка как висела, так и висит. А ящик упал. А планка висит. А ящик сука.

При детальном анализе места шкафо-крушения выяснилось, что одна петля ящика банально сломалась, отчего шкафчик и не захотел больше висеть на стене. Кроме того, после нескольких падений, этот гроб для хрусталя, приобрел некоторую подвижность в своей геометрии, не запланированную производителем.
Надо было торопиться, а то кто-то вот-вот придёт с плаванья и начнет кушать мой мозг маленькими ложечками, что бы хватило на подольше. А за вновь обретенную косорылость любимого шкафчика, мозг бы выели через ту часть тела, которая совсем не предназначена для этого.

Сломавшуюся петлю я сделал быстро. Положил шайбу под винт, который порвал пластмассовый корпус петли, затянул, и, если не заглядывать в шкафчик, то снаружи все выглядело аккуратно и прилично. Кроме геометрии.

Потом шкаф еще раз падал из уставших рук, потом он потерял дверцу, которую я прикрутил, потом оторвалась вторая петля, когда я нагрузил повешенный шкафчик собой, что бы проверить крепость крепления, потом я собирал себя по раковине, куда я прилетел вместе с попутчиком-шкафом.

Только-только успел повесить эту нестабильную в своей геометрии, конструкцию, как пришел плавучий мозгоед. Вокруг лежали инструменты, было немного пыльно, я был помятый, уставший и морально изнасилованный кухонной мебелью. Как раз та картина, какая особо мила большинству домашних мозгоедов.
В общем работы были приняты благосклонным кивком головы, инструменты убраны, оставшийся хрусталь расставлен, клетки мозга не высосаны. И только коты, пихая друг друга в бок и нервно посмеиваясь, жаловались, как они «Чуть не обосрались, когда хозяин летел вниз вместе с ящиком»

Рекомендую почитать еще

Подпишись для получения новых статей на Email,

или заходи в мой Инстаграм

Google
Эта запись опубликована в рубриках: Юмор. Метки записи: , , . Постоянная ссылка.



4 комментария Криворукость не излечима

  1. Виктор пишет:

    С удовольствием прочитал Ваш рассказ, наполненный эпичным юмором) Вы настоящий мастер своего дела! Спасибо от души.

  2. DarkPadre пишет:

    спасибо за такой рассказ. Всегда радовало, что есть люди, способные из самого рядового события (повесить шкафчик) создать такой рассказ, при прочтении которого слёзы лились как из брансбойта, сопровождаемые ржанием, сравнимым лишь со звуками из конюшни перед важными соревнованиями по скачкам

Добавить комментарий